Можно ли оспорить в суде договор дарения

Евгения
,
Липецк
17.04.2020
Раздел: 

Возможно ли оспорить в суде договор дарения, если Даритель в нем не прописывал собственноручно ФИО и подпись не ставил ? ( ОДАРЯЕМЫЙ в суде признался, что ФИО дарителя он писал в договоре сам, результаты экспертизы показали , что не возможно установить принадлежит ли подпись Дарителю или нет , поскольку она не информативна, сотрудник Росреестра, в присутствии которого происходила сделка,в суде не смог дать никаких комментариев, поскольку не помнит обстоятельства данной сделки, других свидетелей при которых происходил договор дарения -нет )

Ответил адвокат -
Королева С.О.

Здравствуйте Евгения!
Договор дарения возможно оспорить в суде в ряде случае:
- если доказать порок воли дарителя при заключении данного договора, т.е. что не имел намерений заключать данную сделку
- если доказать, что даритель находился в состоянии, которое лишало его возможности отдавать отчет своим действиям и руководить ими
- если доказать, что подпись на договоре дарения выполнена не дарителем, а иным лицом с подражанием его подписи.
Невозможность доказывания одного из обстоятельств не лишает возможности доказывания другого обстоятельства.
Из ваших объяснений следует, что эксперты не смогли ответить на вопрос, кем дарителем или иным лицом выполнена подпись в договоре дарения, таким образом, довод о неподписании договора дарителем не доказан. Однако, с учетом признания ответчиком, что именно им выполнена расшифровка подписи дарителя, подлежит доказывали факт отсутствия воли дарителя на совершение данной сделки. Если вы сможете представить такие доказательства, возможно принятия судебного акта в вашу пользу, если нет, то полагаю, что в удовлетворении иска будет отказано.
Но мой вывод сделан без анализа материалов дела, поэтому носит предположительным характер.
Ниже я приведу пример из судебной практики по делу со схожими обстоятельства, который поможет вам в защите ваших прав.

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 декабря 2016 г. N 4г/2-12259/16

Судья Московского городского суда Князев А.А., рассмотрев кассационную жалобу (с учетом дополнения к ней) истца В.А., поступившую в суд кассационной инстанции 03 октября 2016 года, на решение Зюзинского районного суда города Москвы от 14 июля 2015 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 22 апреля 2016 года по гражданскому делу по иску В.А. к К.Т., К.О. о признании договора дарения недействительным, признании права собственности, истребованному 03 ноября 2016 года и поступившему в суд кассационной инстанции 06 декабря 2016 года,

установил:

В.А. обратился в суд с иском к К.Т., К.О. о признании договора дарения недействительным, признании права собственности, ссылаясь на нарушение своих прав по вине ответчиков.
Решением Зюзинского районного суда города Москвы от 14 июля 2015 года в удовлетворении заявленных В.А. исковых требований отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 22 апреля 2016 года решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе истец В.А. выражает несогласие с решением суда и апелляционным определением судебной коллегии, считая их незаконными и необоснованными.
Проверив материалы дела, изучив кассационную жалобу, исследовав представленные документы, судья приходит к следующим выводам.
В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Подобных нарушений в настоящем случае по доводам кассационной жалобы не усматривается.
Из материалов гражданского дела следует, что жилое помещение, расположенное по адресу: *** представляет собой отдельную трехкомнатную квартиру, общей площадью 72,9 кв. м, жилой площадью 45,5 кв. м, приобретенную по договору купли-продажи от 24 февраля 1997 года в равнодолевую собственность В.А., его женой В.Т., ее дочерями К.Т., К.О.; 24 февраля 2010 года В.Т. умерла, ее наследниками по закону являлись В.А., К.Т., К.О.; в состав наследства входили 1/4 доля квартиры, расположенной по адресу: ***, однокомнатная квартира по адресу: *** (получена наследодателем по наследству после смерти брата), два земельных участка, денежные вклады в банках; 15 февраля 2011 года наследники В.А., К.Т., К.О. заключили нотариально удостоверенное соглашение о разделе наследства, по которому В.А. получил право на денежные вклады, К.Т. - однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: ***, 1/3 долю земельного участка меньшего размера, К.О. - 1/4 доли квартиры, расположенной по адресу: ***, 2/3 доли земельного участка большего размера; 30 апреля 2011 года между В.А., К.Т. и К.О. заключен договор дарения доли квартиры, в соответствии с которым В.А., К.Т. подарили К.О. в общей сложности 1/2 доли в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: *** (по 1/4 доле каждый), а К.О. приняла от В.А., К.Т. указанный дар (п. 1, 5 договора от 30 апреля 2011 года), вследствие чего стала собственником всей указанной квартиры; заключенный договор дарения и переход права собственности зарегистрированы Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по городу Москве, о чем 13 мая 2011 года в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним произведены записи регистрации N 77-77-06/053/2011-* и N 77-77-06/053/2011-*; судом назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено ЗАО "Центр независимых экспертиз"; на экспертизу для исследования представлены два экземпляра нотариально удостоверенного договора дарения доли квартиры, расположенное по адресу: ***; один экземпляр выполнен на листе белой нелинованной бумаги формата А4, другой - на специальном бланке 77 АА *; перед экспертом поставлены вопросы: самим В.А. или другим лицом выполнены подписи и рукописные записи "В.А." на обоих экземплярах договоров; одним или разными лицами выполнены подписи от имени В.А. и рукописные записи на двух разных экземплярах договоров; какова последовательность нанесения записей и подписей на экземплярах договоров и печатного текста.
Обратившись в суд с настоящим иском, истец В.А. исходил из того, что ему на основании договора купли-продажи квартиры от 24 февраля 1997 года принадлежала 1/4 доли в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: ***; по мнению В.А., в договоре дарения доли квартиры от 30 апреля 2011 года в графе даритель после слов "В.А." стоит подпись, сделанная не В.А., а иным лицом или с применением специальных технических средств; по словам В.А., намерения дарить свою 1/4 долю в праве собственности на квартиру у него не было; уточнив исковые требования В.А. просил признать договор дарения 1/4 доли в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: ***, заключенной 30 апреля 2011 года между В.А., К.Т. и К.О., недействительным, признать право собственности В.А. на 1/4 доли в праве собственности на указанное жилое помещение.
Рассматривая настоящее гражданское дело, суд на основании оценки собранных по делу доказательств в их совокупности пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных В.А. исковых требований; при этом, суд исходил из того, что в соответствии со ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом; согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка); требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе; в силу ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения; в соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора; согласно ст. 161 ГК РФ должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения сделки юридических лиц между собой и с гражданами; сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки; в силу ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей; согласно заключению эксперта ЗАО "Центр независимых экспертиз" от 16 января 2015 года N 377-304-14 подписи от имени В.А. и рукописные записи "В.А." в обоих экземплярах договоров выполнены самим В.А.; рукописные записи "В.А." выполнены одним лицом; решить вопрос: "Одним или разными лицами выполнены две подписи от имени В.А. и рукописные записи "В.А." не представилось возможным в связи с отсутствием в этих подписях сопоставимых элементов; экспертами также определена последовательность нанесения печатного текста и подписей, записей на оборотной стороне договоров: первоначально был нанесен печатный текст на оба экземпляра договора, затем рукописные надписи и подписи; лицевые (первые) листы обоих договоров рукописных записей и подписей не имеют, соотнести последовательность выполнения текста и записей, подписей, размещенных на другой стороне листов, не представилось возможным по причине отсутствия участков взаимного их пересечения; означенное заключение судебной экспертизы сделано экспертами надлежащей квалификации; эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным положениями ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, а каких-либо достоверных доказательств, опровергающих выводы судебных экспертов, суду представлено не было; каких-либо достоверных доказательств, могущих объективно свидетельствовать о том, что договор дарения доли квартиры от 30 апреля 2011 года, заключенный между В.А., К.Т. и К.О., В.А. не подписывался, а также о том, что он не имел намерения и воли на отчуждение принадлежащей ему 1/4 доли в праве собственности на жилое помещение К.О., суду представлено не было; В.А. произведены действия, необходимые как для подписания договора дарения, так и государственной регистрации перехода права собственности и договора дарения, а именно: 30 апреля 2011 года В.А. оформлено и подписано заявление о согласии на отчуждение доли супруги, которая бы имела право собственности, в силу положения ст. 34 СК РФ на имущество, состоящее из 1/4 доли квартиры, расположенной по адресу: ***; тем самым в удовлетворении заявленных В.А. исковых требований в части признания договора дарения недействительным должно быть отказано; поскольку в удовлетворении заявленных В.А. исковых требований в части признания договора дарения недействительным отказано, постольку оснований для применения последствий недействительности сделки и признания за В.А. права собственности на 1/4 доли в праве собственности на жилое помещение не имеется; таким образом, заявленные В.А. исковые требования удовлетворению не подлежат.
С данными выводами суда по существу согласилась судебная коллегия, которая по мотивам, изложенным в апелляционном определении судебной коллегии, оставила решение суда без изменения.
Выводы суда и судебной коллегии в судебных постановлениях мотивированы и в кассационной жалобе по существу не опровергнуты, так как никаких существенных нарушений норм материального или процессуального права со стороны суда и судебной коллегии из материалов дела по доводам кассационной жалобы не усматривается, а правом устанавливать новые обстоятельства по делу и давать самостоятельную оценку собранным по делу доказательствам суд кассационной инстанции не наделен.
Принцип правовой определенности предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений только в целях проведения повторного слушания и принятия нового судебного постановления другого содержания. Иная точка зрения на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения вступившего в законную силу судебного постановления нижестоящего суда в кассационном порядке. Как неоднократно указывал Европейский Суд по правам человека в своих постановлениях, противоположный подход приводил бы к несоразмерному ограничению принципа правовой определенности.
Доводы кассационной жалобы требованиям принципа правовой определенности не отвечают.
При таких данных, вышеуказанные решение суда и апелляционное определение судебной коллегии сомнений в их законности с учетом доводов кассационной жалобы (с учетом дополнения к ней) истца В.А. не вызывают, а предусмотренные ст. 387 ГПК РФ основания для их отмены или изменения в настоящем случае отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 381, 383 ГПК РФ,

определил:

В передаче кассационной жалобы (с учетом дополнения к ней) истца В.А. на решение Зюзинского районного суда города Москвы от 14 июля 2015 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 22 апреля 2016 года по гражданскому делу по иску В.А. к К.Т., К.О. о признании договора дарения недействительным, признании права собственности - для рассмотрения в судебном заседании Президиума Московского городского суда - отказать.

Судья
Московского городского суда
А.А.КНЯЗЕВ