Признать завещание недействительным: судебная практика

Валентина
,
Москва
30.03.2020

Вопрос: можно ли признать завещание недействительным в следующей ситуации. Мать отец прожили в браке почти 60 лет. Смерть отца мать очень сильно переживала, и здоровье настолько ухудшилось, что пришлось нанимать сиделку. На улицу она не выходила, к врачу я ее возила на машине, часто на скорой забирали в больницу. Врачи сказали, что у нее была старческая деменция. Кроме меня есть еще младшая сестра, которая за матерью не ухаживала, она живет в другом городе. Когда мать умерла, выяснилось, что где-то вскорости после смерти отца она составила завещание на квартиру на младшую дочь. Видимо, когда та приезжала на похороны отца, она пользуясь состоянием матери заставила ее так сделать. Есть ли у меня шансы признать завещание недействительным?

Ответил адвокат -
Королева С.О.

Здравствуйте Валентина!
Отвечая на ваш вопрос, можно ли признать недействительным завещание, если у наследодателя была деменция, привожу пример из судебной практики по делу со схожими обстоятельствами, из которого вы увидите, что если при производстве посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы специалисты придут к выводу, что деменция в момент составления завещания сопровождалась неспособностью к смысловой оценке ситуации и прогнозу последствий, а также нарушением критических функций, целенаправленности и регуляции своих действий, завещание будет признано недействительным.
Рекомендую вам обратиться к нашим адвокатам за помощью в ведении столько сложного судебного процесса, т.к. основания для успешного завершения процесса у вас имеются, осталось их грамотно и четно реализовать.

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 2 июля 2019 г. по делу N 33-28996/19

Судья: Телегина Е.К.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда
в составе председательствующего Грибовой Е.Н.,
судей Васильевой Е.В., Шипиковой А.Г.,
при секретаре Л.В.,
заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Васильевой Е.В. дело по апелляционной жалобе ответчика С.Е.Е. на решение Коптевского районного суда г. Москвы от 18 апреля 2019 года, которым постановлено:
исковые требования С.М.Е. к С.Е.Е. о признании завещания недействительным - удовлетворить.
Признать недействительным завещание С.Л.М. от 16 июня 2017 г., удостоверенное нотариусом г. Москвы З.А.И., зарегистрированное в реестре за N 4-778,

установила:

истец С.М. обратился в суд с исковыми требованиями к С.Е.Е. о признании завещания недействительным, в котором просил признать завещание С.Л. от 16 июня 2017 года в пользу С.Е.Е., удостоверенное нотариусом г. Москвы З., недействительным.
В обоснование своих требований истец ссылался на то, что 4 октября 2018 г. умерла мать истца - С.Л. После ее смерти открылось наследство, состоящее из 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: ***. Наследниками по закону первой очереди после смерти С.Л. являются дети умершей: истец С.М. и ответчик С.Е.Е. После смерти наследодателя истцу, обратившемуся к нотариусу г. Москвы, стало известно, что все имущество 16 июня 2017 г. С.Л. было завещано дочери - С.Е.Е. В период времени с 2010 г. и до своей смерти С.Л. страдала некоторыми заболеваниями, связанными с ее преклонным возрастом. В конце 2014 г. состояние здоровья матери сторон настолько ухудшилось, что стороны были вынуждены прибегнуть к помощи сиделок. С.Л. передвигалась только по квартире, на улицу без посторонней помощи выйти не могла, к врачу ее возили на машине. С.Л. в связи с имеющимися заболеваниями неоднократно находилась на стационарном лечении. При госпитализации С.Л. жаловалась на слабость, перебои в работе сердца, головокружение, онемение конечностей, снижение памяти. 12 июня 2017 г. умер муж С.Л. (отец сторон), с которым она состояла в зарегистрированном браке 55 лет и его смерть стала ударом для С.Л., в связи с чем ее состояние здоровья и психическое состояние резко ухудшилось, при этом завещание было составлено матерью сторон 16 июня 2017 г., на следующий день после похорон отца. С.Л. являлась пожилым человеком и страдала рядом хронических заболеваний, в последний год жизни ее психическое состояние ухудшилось, поведение С.Л. свидетельствовало о том, что она не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, поэтому, по мнению истца, в момент совершения завещания 16 июня 2017 г. С.Л. находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. В связи с изложенным истец обратился в суд с вышеназванными исковыми требованиями.
Истец С.М. и его представитель по доверенности Г. в суде исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик С.Е.Е. в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом. Представитель С.Е.Е. по доверенности В.В. в суде исковые требования не признал, ссылаясь на то, что завещание от 16 июня 2017 г. было составлено С.Л., удостоверено нотариально, в момент составления и подписания завещания С.Л. понимала значение своих действий и руководила ими. Кроме того, С.Л. у нотариуса удостоверялась доверенность, нотариус длительное время общалась со С.Л., сомнений в том, что С.Л. отдает отчет своим действиям, выражает свою волю, не имелось. Представленное заключение посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы не может быть положено в основу решения суда, поскольку носит противоречивый характер, в имеющихся выписных эпикризах неоднократно указывалось, что у С.Л. при осмотре обнаруживалось ясное сознание. С учетом имеющихся у С.Л. заболеваний дать однозначный ответ о ее дееспособности в момент удостоверения завещания невозможно.
Третье лицо нотариус г. Москвы З. в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, в представленном ранее в суд заявлении просила дело рассмотреть в ее отсутствие, представила в суд письменный отзыв на исковое заявление (т. 1 л.д. 45 - 46).
Судом постановлено указанное выше решение, об отмене которого просит ответчика С.Е.Е. по доводам апелляционной жалобы, подписанной представителем С.Е.Е. по доверенности В.В., и просит постановить новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований С.М.
Истец С.М. и его представитель по доверенности Г. в заседание судебной коллегии явились, возражали по доводам апелляционной жалобы.
Представитель ответчика С.Е.Е. по доверенности В.В. в заседание судебной коллегии явился, апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам поддержал.
Ответчик С.Е.Е. и третье лицо нотариус г. Москвы З. в заседание судебной коллегии не явились, о дате, времени и месте рассмотрения извещены надлежащим образом.
В соответствии с ч. 1 ст. 113 ГПК РФ лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.
На основании ч. 1 ст. 115 ГПК РФ судебные повестки и иные судебные извещения доставляются по почте или лицом, которому судья поручает их доставить. Время их вручения адресату фиксируется установленным в организациях почтовой связи способом или на документе, подлежащем возврату в суд.
Согласно ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.
Учитывая, что предусмотренные законом меры по извещению ответчика, третьего лица о рассмотрении дела выполнены, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.
На основании ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
В силу ст. 195 ГПК РФ, решение суда должно быть законным и обоснованным.
В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ N 23 от 19 декабря 2003 года, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения истца С.М. и его представителя по доверенности Г., представителя ответчика С.Е.Е. по доверенности В.В., обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что оснований для отмены обжалуемого решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона, не имеется.
Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В соответствии со ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 4 октября 2018 года умерла С.Л.М. Наследниками по закону первой очереди после смерти С.Л. являются дети умершей - С.М. и С.Е.Е., которые в установленный законом срок обратились к нотариусу г. Москвы З. с заявлениями о принятии наследства. Данное обстоятельство подтверждается наследственным делом N 65/2018 к имуществу С.Л., умершей 4 октября 2018 года, открытым нотариусом г. Москвы З.
Завещанием от 16 июня 2017 г. С.Л. все свое имущество, какое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещала С.Е.Е. Данное завещание подписано С.Л. и удостоверено нотариусом г. Москвы З.
Оспаривая завещание С.Л. от 16 июня 2017 г., истец ссылался на положения ч. 1 ст. 177 ГК РФ, полагая, что в момент совершения завещания С.Л. находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.
Определением Коптевского районного суда г. Москвы от 5 февраля 2019 г. по делу назначена посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Психиатрической клинической больницы N 1 им. Н.А. Алексеева.
Согласно заключению посмертной первичной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 20 марта 2019 г. N 104-7 у С.Л. обнаруживалось психическое расстройство в форме деменции в связи со смешанными заболеваниями (сосудистого, атрофического генеза, эндокринная патология). Об этом свидетельствуют данные представленной меддокументации и материалов гражданского дела о формировании у нее с 2014 г., на фоне длительного течения сахарного диабета, сосудистого заболевания головного мозга и атрофического процесса ЦНС (распространенный, в том числе стенозирующий церебральный, атеросклероз, гипертоническая болезнь, хроническая ишемия головного мозга, выявленные при МСКТ головного мозга ликворные кисты правой затылочной доли, теменных долей, заместительная гидроцефалия, лейкоареоз), церебрастенической симптоматики (головные боли, головокружение, слабость, шаткость походки, нарушения сна), нарушений когнитивных функций (прогрессирующее снижение памяти на текущие события), изменений в эмоционально-волевой сфере (пассивность, безынициативность с периодами раздражительности). Анализ медицинской документации показал, что течение указанного расстройства носило прогредиентный (прогрессирующий) характер с нарастанием когнитивных расстройств, достигающих к январю 2017 г. степени деменции (малопродуктивность мышления, расстройства внимания, грубые интеллектуально-мнестические нарушения с фиксационной амнезией и амнестической дезориентировкой) в сочетании с эмоционально-волевыми нарушениями (негативизм, раздражительность), эпизодическими транзиторными состояниями (со спутанностью сознания, психомоторным возбуждением, неадекватным поведением, зрительными обманами восприятия), нарушением критических и прогностических функций, социальной и бытовой дезадаптацией. В юридически значимый период подписания завещания от 16 июня 2017 г. указанное психическое расстройство у С.Л. сопровождалось неспособностью к смысловой оценке ситуации и прогнозу последствий, а также нарушением критических функций, целенаправленности и регуляции своих действий. Поэтому в период подписания завещания от 16 июня 2017 г. С.Л. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
По результатам психологического анализа материалов гражданского дела и медицинской документации, выявленные у С.Л. индивидуально-психологические особенности, обусловленные наличием у нее психического расстройства, проявились в ее поведении в ситуации гражданского дела, и определялись психопатологическими механизмами регуляции деятельности, в связи с чем С.Л. не могла понимать значение своих действий и руководить ими в интересующий суд период 16 июня 2017 г.
Суд принял во внимание заключение судебной экспертизы от 20 марта 2019 г. N 104-7, поскольку оснований не доверять указанному заключению эксперта судом не установлено, так как эксперт имеет соответствующее образование, достаточный стаж экспертной деятельности, отчет соответствует необходимым требованиям, предъявляемым к подобным документам, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, заключение экспертов подтверждается показаниями ранее допрошенных в судебном заседании свидетелей, С.Е.М., К., показания которых были приняты судом во внимание.
Судом также были допрошены в качестве свидетелей С.Г., В.Г., С.У., Л.Л. Показания данных свидетелей суд посчитал объективно ничем не подтвержденными.
Разрешая заявленные исковые требования, руководствуясь ст. ст. 177, 1131 ГК РФ, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст. ст. 12, 55, 56, 67 ГПК РФ, суд пришел к правильному выводу о признании недействительным завещания С.Л. от 16 июня 2017 года, удостоверенного нотариусом г. Москвы З., зарегистрированного в реестре за N 4-778, и исходил из того, что в момент составления и подписания завещания в пользу С.Е.Е. 16 июня 2017 года С.Л. не понимала значение своих действий и не руководила ими.
Доводы представителя ответчика о том, что заключение первичной посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы не может быть положено в основу решения, поскольку носит противоречивый характер, однозначно дать ответ на поставленный судом вопрос о дееспособности в отсутствии лица, страдающего психическим расстройством, невозможно, в выписных эпикризах С.Л. врачами неоднократно указывалось о "ясном сознании" последней судом отклонены, учитывая, что из заключения следует, что экспертиза была проведена специалистами в области психиатрии и психологии, имеющими длительный стаж работы, имеющих ученую степень в данных областях науки. В распоряжение экспертов представлены материалы гражданского дела и медицинская документация из медицинских учреждений, где С.Л. оказывалась медицинская помощь, в которой имеются все сведения о состоянии здоровья С.Л., включая результаты осмотра психиатрами. Заключение экспертов последовательное, непротиворечивое, мотивированное, содержит ответы на все поставленные судом вопросы.
Доводы представителя ответчика о том, что С.Л. длительное время общалась с нотариусом при удостоверении завещания и доверенности и у нотариуса не вызвало сомнение психическое состояние здоровья С.Л., так же как и у ранее допрошенных свидетелей, подтвердивших об отсутствии странностей в поведении С.Л., судом также отклонены, поскольку указанные лица не являются специалистами в области психиатрии и психологии.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они постановлены в соответствии с требованиями закона и фактическими обстоятельствами дела.
В апелляционной жалобе, подписанной представителем ответчика С.Е.Е. по доверенности В.В., указано, что судом было отклонено заявленное представителем ответчика ходатайство о вызове и допросе эксперта и/или экспертов для снятия неточностей, двусмысленностей и противоречий в самом экспертном заключении и по отношению к иным материалам дела.
Данный довод апелляционной жалобы судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку основанием для отмены постановленного решения служить не может, так как ходатайства о вызове эксперта были разрешены судом в ходе судебного заседания 18 апреля 2019 года в порядке ст. 166 ГПК РФ и в его удовлетворении определением суда было отказано по мотивам, изложенным в определении и отраженном в протоколе судебного заседания от 18.04.2018 года (том 3 л.д. 1 - 6).
Таким образом, само по себе отклонение судом первой инстанции заявленного ходатайства не свидетельствует о нарушении прав ответчика и незаконности оспариваемого судебного постановления, поскольку в силу ч. 3 ст. 67 ГПК РФ достаточность доказательств для разрешения конкретного спора определяется судом.
Судебная коллегия считает несостоятельными доводы ответчика С.Е.Е., изложенные в апелляционной жалобе, подписанной ее представителем по доверенности В.В., о том, что суд не устранил имевшиеся противоречия, в том числе между показаниями допрошенных свидетелей и выводами судебной экспертизы, которая была положена в основу решения суда, кроме того, необоснованно поставлена под сомнение воля наследодателя при выражении которой присутствовал нотариус З., и которой была проверена дееспособность составителя завещания, при этом С.Л. никогда не признавалась недееспособной, в том числе в период времени, когда составлялось завещание.
Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Судебная коллегия отмечает, что суть вышеназванных доводов апелляционной жалобы сводится к переоценке доказательств, однако, данные доводы не могут служить основанием для отмены решения, поскольку определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также истребование, прием и оценка доказательств, в соответствии со ст. ст. 56, 59, 67 ГПК РФ, относится к исключительной компетенции суда первой инстанции.
Судом дана оценка всех представленных доказательств, в том числе показаниям свидетелей, допрошенных в ходе судебного заседания, заключению судебной экспертизы и иным доказательствам.
Выводы решения суда подтверждены материалами дела, которым суд дал надлежащую оценку в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ. Юридически значимые обстоятельства судом определены правильно. Доводы апелляционной жалобы не содержат обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, нуждались в дополнительной проверке и направлены на иную оценку доказательств, что не является основанием, предусмотренным ст. 330 ГПК РФ для отмены судебного решения.
Нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Коптевского районного суда г. Москвы от 18 апреля 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика С.Е.Е. - без удовлетворения.