Оспаривание сделки без согласия супруги

Евгений
,
Евпатория, Крым
11.07.2020

Добрый день, в договоре дарения квартиры указали, что мой отец не состоит в браке(он собственник квартиры) хотя в он женат. Дарение оформляла моя бывшая жена по доверенности на своего сына. Разрешение на дарение мама не давала. Суд Евпатории маме отказал в признании сделки не действительной. Мотивированное решение будет 13 июня. В суд были предоставлены паспорт отца со штампом о браке, свидетельство о заключении брака. Суд так же отказал в ходатайстве адвоката о запросе архивного дела из росреестра.

Ответил адвокат -
Королева С.О.

Здравствуйте Евгений!
Мы можем лишь гадать о причинах, по которым суд не удовлетворил иск. В любом случае, анализировать мотивы и доводы судьи, а также допущенные сторонами ошибки можно только после изучения текста судебного акта и материалов дела. Ниже приводим судебное решение по делу со схожими обстоятельствами, где заявленный иск об оспаривании сделки, заключенной без согласия супруга, был удовлетворен. Рекомендую вам после получения решения суда обратиться к адвокатам за очной консультацией.

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 декабря 2017 г. по делу N 33-50745

Судья Шамова А.И.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе:
председательствующего судьи - Шубиной И.И.
судей - Мищенко О.А., Демидовой Э.Э.
при секретаре - С.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Мищенко О.А. дело по апелляционной жалобе представителя ответчиков С.Л., С.Е.Е. по доверенности Т. на решение Нагатинского районного суда г. Москвы от 12 мая 2017 года, которым постановлено:
Исковые требования К. к С.Л., С.Е.Е., Б. о признании недействительным договора дарения квартиры и последующих сделок по отчуждению квартиры, истребовании квартиры из чужого незаконного владения - удовлетворить.
Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ***, заключенный 24 мая 2013 года между Р. и С.Л., С.Е.Е.
Признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ***, заключенный 30 декабря 2015 года между С.Л. и С.Е.Е. с Б.
Применить последствия недействительности сделок.
Истребовать квартиру, расположенную по адресу: ***, из чужого незаконного владения Б.
Признать за К. право собственности на 1/2 долю квартиры по адресу: ***.
Включить в состав наследственного имущества после смерти Р., умершего 17 января 2016 года, 1/2 долю в праве собственности на квартиру по адресу: ***.

установила:

Истец К. обратилась в суд с иском к С.Л., С.Е.Е., Б. о признании недействительным договора дарения квартиры, заключенного 24.05.2013 года между Р. и С.Л., С.Е.Е., признании недействительными последующих сделок к квартирой по адресу: ***, истребовании квартиры из чужого незаконного владения, указывая в обоснование исковых требований, что К. и Р. (умерший 17 января 2016 года) состояли в зарегистрированном браке с 24 февраля 1989 года. 10 ноября 1994 года, находясь в браке с К., Р. приобрел на совместные деньги на свое имя спорную квартиру, расположенную по адресу: <...>, стоимостью 17 000 000 рублей. В указанной квартире истец прописана и проживает с 26 апреля 1995 года по настоящее время, другой жилой площади у нее нет. 24 мая 2013 года Р. подарил спорную квартиру ответчикам - С.Л. и С.Е.Е. - своим дочерям от первого брака. Поскольку спорная квартира являлась общим имуществом супругов Р. и К., при определении долей в этом имуществе их доли признаются равными (п. 1 ст. 39 СК РФ), т.е. по 1/2 доли в спорной квартире. Таким образом, истцу в 2013 году на момент совершения договора дарения квартиры принадлежало на праве собственности не менее 1/2 доли спорной квартиры. При оформлении договора дарения спорной квартиры отсутствовало нотариально удостоверенное согласие К. на отчуждение совместно нажитого в браке имущества. Истец узнала об отчуждении квартиры только после смерти супруга. Из заявления Р., удостоверенного нотариусом города Москвы Ш. 24 мая 2013 года, следует, что на момент приобретения спорной квартиры в 1994 году Р. в браке не состоял. Та же позиция отражена в п. 4 Договора дарения квартиры, подписанного между Р. со С.Л. и С.Е.Е., удостоверенного 24 мая 2013 года тем же нотариусом. Данное утверждение не соответствует действительности, поскольку Р. и К. состояли в зарегистрированном браке с 1989 года по день смерти Р., что подтверждается свидетельством о регистрации брака. Оформляя договор дарения спорной квартиры, стороны по сделке знали, или заведомо должны были знать, о несогласии К. (другого супруга) на совершение данной сделки. В связи с этим, нотариусу были сообщены неверные сведения о семейном положении Р. на момент приобретения спорной квартиры, чтобы не получать нотариально удостоверенного согласия К. на ее отчуждение. Отсутствие нотариально удостоверенного согласия К. на сделку по распоряжению общим имуществом супругов, является самостоятельным основанием для признания сделки по отчуждению спорной квартиры - договора дарения от 24 мая 2013 года, заключенного между Р. со С.Л. и С.Е.Е. - недействительной. После регистрации права собственности на квартиру в 2013 году ответчики не переоформили на себя карточку учета ГБУ МФЦ района Москворечье-Сабурово по спорной квартире, телефон и т.д., чтобы истец не узнала о совершенной сделке. В карточке учета ГБУ МФЦ района Москворечье-Сабурово на 09.02.2016 года (после смерти Р.) числится как собственник квартиры Р., так же как и во всех платежных документах, в том числе за электроэнергию и телефон, в то время как собственниками квартиры уже являлись С.Л. и С.Е.Е. О том, что собственниками спорной квартиры являются С.Л. и С.Е.Е., истица узнала от нотариуса, когда вступала в наследство после смерти супруга. После чего, К. 26.01.2016 года, спустя 9 дней после смерти супруга, сделала запрос в ЕГРП в отношении спорной квартиры и 03.02.2016 года получила выписку, где собственниками квартиры указаны С.Л. и С.Е.Е. 15 февраля 2016 года, менее чем через месяц после смерти Р., С.Л. и С.Е.Е. совершили сделку по отчуждению спорной квартиры Б. (М.), что подтверждается выпиской из ЕГРП от 15.06.2016 года N ***, выданной К. по ее запросу. Б. (М.) является невесткой С.Л. Учитывая, что договор дарения спорной квартиры заключен с нарушением действующего законодательства и нарушением права собственности истицы, она просит признать недействительным указанный договор и все последующие сделки со спорной квартирой, в частности между С.Л. и С.Е.Е. и Б. (М.). Поскольку К. не являлась стороной следующей сделки по отчуждению спорной квартиры Б. (М.), ею заявлено требование об истребовании имущества из чужого незаконного владения в порядке ст. ст. 301 - 302 ГК РФ.
Представитель истца К. - Н. в судебное заседание явилась, заявленные исковые требования поддержала.
Представитель ответчиков С.Л., С.Е.Е. - Т. в судебное заседание явилась, в удовлетворении исковых требований просила отказать, заявила, в том числе, о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о признании договора дарения недействительным.
Ответчик Б., представитель третьего лица Управления Росреестра по Москве, третье лицо нотариус г. Москва И. не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.
Судом постановлено вышеуказанное решение, об отмене которого просит представитель ответчиков С.Л., С.Е.Е. - Т. по доводам апелляционной жалобы, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела.
Представитель ответчиков С.Л., С.Е.Е. - Т. в судебное заседание апелляционной инстанции явилась, доводы апелляционной жалобы поддержала.
Истец К. и ее представитель Н. в судебное заседание апелляционной инстанции явились, решение суда первой инстанции полагали законным и обоснованным.
Ответчики С.Е.А., С.Е.Е., Б., представитель третьего лица Управления Росреестра по Москве, третье лицо нотариус г. Москва И. в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом. В соответствии со ст. 165.1 ГК РФ, ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 19 декабря 2003 г. за N 23 "О судебном решении" разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела, которым судом дана надлежащая правовая оценка, и требованиями закона.
Судом установлено, что К. и Р. (умерший 17 января 2016 года) состояли в зарегистрированном браке с 24 февраля 1989 года, что подтверждается Свидетельством о заключении брака серии <...>, выданного 24 февраля 1989 года.
10 ноября 1994 года, находясь в браке с К., Р. приобрел на свое имя квартиру, расположенную по адресу: ***, на основании договора купли-продажи квартиры, который был зарегистрирован в КМЖ г. Москвы 10.11.1994 года. Стоимость квартиры была определена в размере 17000000 рублей.
В указанной квартире истец зарегистрирована по месту жительства и фактически проживает с 26 апреля 1995 года.
Также в указанной квартире был зарегистрирован по месту жительства Р.
Р. умер 17.01.2016 года.
Р. был снят с регистрационного учета в спорной квартире 26.01.2016 года, в связи со смертью.
После смерти Р., по заявлению К. было открыто наследственное дело у нотариуса г. Москвы И.
В материалах дела имеется завещание Р. от 09.06.2010 года, которым он все свое имущество завещал дочерям С.Л. и С.Е.Е.
По договору дарения квартиры от 24 мая 2013 года, Р. подарил спорную квартиру, расположенную по адресу: *** - С.Л. и С.Е.Е., - своим дочерям от первого брака. Согласно условиям договора дарения квартира была передана С.Л. и С.Е.Е. в собственность по 1/2 доле каждой, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 07 июня 2013 года сделана запись регистрации N ***.
30.12.2015 года С.Е.Е. и С.Л. заключили договор купли-продажи спорной квартиры с Б., в соответствии с которым продали спорную квартиру Б. Право собственности Б. зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 15 февраля 2016 года за номером ***.
Судом также установлено, что Р. оформил, будучи в браке с истцом, заявление 24.05.2013 года, о том, что на момент приобретения спорной квартиры он в зарегистрированном браке не состоял, которое было оформлено нотариально.
В пункте 4 Договора дарения квартиры, подписанного между Р. и С.Л. и С.Е.Е. и удостоверенного 24 мая 2013 года нотариусом, также указано, что Р. на момент приобретения квартиры в браке не состоял.
Вместе с тем материалами дела следует, что Р. и К. состояли в зарегистрированном браке с 1989 года по день смерти Р. При этом С.Л. и С.Е.Е. являются дочерями Р., и не могли не знать, заключая с Р. сделку дарения квартиры о том, что Р. состоял в браке с К.
Суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 34, 35, 36, 38 СК РФ ГК РФ, оценив по правилам ст. ст. 56, 59, 60, 67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства, в том числе показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании, пришел к обоснованному выводу об удовлетворении исковых требований К. к С.Л., С.Е.Е., Б. о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <...> от 24 мая 2013 года, заключенного между Р. и С.Л., С.Е.Е.
Также правомерно суд первой инстанции признал недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ***, заключенный 30 декабря 2015 года между С.Л. и С.Е.Е. с Б., применив последствия недействительности сделок в виде истребования квартиры, расположенной по адресу: ***, из чужого незаконного владения Б., признании за К. права собственности на 1/2 долю квартиры по адресу: ***, а также включении в состав наследственного имущества после смерти Р., умершего 17 января 2016 года, 1/2 доли в праве собственности на квартиру по адресу: ***.
Удовлетворяя исковые требования суд сделал правильный вывод, что спорная квартира приобретенная в период брака К. и Р. являлась совместно нажитым имуществом супругов, следовательно Р. не мог без согласия К. отчуждать спорную квартиру.
При этом суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что К. не пропущен срок исковой давности по требованиям о признании договора дарения недействительным, поскольку истец указала о заключении между Р. и ответчиками С.Л. и С.Е.Е. договора дарения квартиры в феврале 2016 года, после смерти Р., когда она обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, и была запрошена выписка из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним, которая ей была выдана 03.02.2016 года. Истец проживала и проживает в спорной квартире, оплачивает жилищно-коммунальные услуги за квартиру, после заключения договора дарения квартиры не вносились изменения в карточку учета собственника о смене собственников, в квитанциях по оплате ЖКУ также указывался собственник Р., до февраля 2014 года начисления по оплате ЖКУ производились с учетом субсидии, которую оформлял Р., никто из новых собственников в квартире не был зарегистрирован, туда не вселялся и квартирой не пользовался, что подтверждено материалами дела и не оспаривалось ответчиками.
Судебная коллегия в полной мере соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку считает, что данные выводы основаны на материалах дела, анализе представленных сторонами письменных доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка по правилам ст. 67 ГПК РФ, нормы действующего законодательства применены судом верно.
Доводы апелляционной жалобы представителя ответчиков С.Л., С.Е.Е. - Т., что судом не были проверены доводы ответчиков о приобретении спорной квартиры за счет средств, полученных от продажи комнаты в коммунальной квартире, принадлежащей Р. лично, судебная коллегия отклоняет, поскольку согласно действующего законодательства презюмируется, что имущество, приобретенное в период брака, при отсутствии брачного договора, является общим имуществом супругов. Доказательств того, что спорная квартира приобретена на средства, полученные от продажи комнаты, принадлежавшей Р. лично в материалы дела ответчиками не представлено, несмотря на то, что бремя доказывания данных обстоятельств лежит на ответчиках.
Таким образом, изложенные в апелляционной жалобе доводы фактически выражают несогласие представителя ответчиков с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене или изменению решения не содержат, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.
Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда, судебной коллегией не установлено.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 327 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Нагатинского районного суда г. Москвы от 12 мая 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчиков С.Л., С.Е.Е. по доверенности Т. - без удовлетворения.